чехов драматургия пьеса чайка
Тригорин значительно старше Треплева, он принадлежит к другому поколению и в своих взглядах на искусство выступает как антипод Треплеву. Он как бы является противоположным ему полюсом.
Тригорин, несомненно, как писатель значительнее и интереснее, чем как человек. Он писатель всеизвестный, в полушутку или вполусерьез о нем говорят, что только с Толстым и Золя его не сравнишь, и многие считают его стоящим сразу после Тургенева. Всерьез, конечно, с классиками его сравнивать не следует. По тем мелким свидетельствам, которые разбросаны по страницам пьесы, можно судить о том, что Тригорин, действительно, талантлив. Однако для него творчество - это не просто хлеб, забава и поклонники, как для Аркадиной, для него это и мучительный недуг, и наваждение, но и синоним жизни. Тригорин - один из немногих, кто осознаёт недолжность своего ролевого существования: «Я не люблю себя как писателя. Хуже всего, что я в каком-то чаду и часто не понимаю, что я пишу». Но это осознание не становится подлинным драматическим избытком его «Я».
Как трактовать разговоры Тригорина в самом начале знакомства с Ниной о своем писательском ремесле? Они ведутся достаточно просто, всерьез, доверительно. Чувствуется, что автор пьесы отдает и Тригорину, и Треплеву, и Нине Заречной свои любимые мысли об искусстве. Но как-то на грани невольной авторской иронии остаются признания Тригорина о своих «муках творчества»: он любит после припадков божественного вдохновения, посещающего его бог знает когда и где, сидеть с удочками и не спускать глаз с поплавка.
А между тем и ему, видимо все же средней величине в искусстве, принадлежат заявления, что он враг шаблонов: он умеет едко высмеивать «общие места». Манера творчества его не новаторская, но и он ищет новые формы, например, обращает внимание, что облако похоже на «рояль», а даже Тургенев не осмелился бы на такое сравнение. Искатель же новых форм Треплев с завистью замечает в каком-то рассказе Тригорина лаконичное описание лунной ночи, где сказано, что на плотине мельницы блестело горлышко бутылки, - вот вам и вся ночь.
Тригорин слеп и глух для всего, кроме своих блокнотов, он видит только образы. Он - Сальери, неспособный осознать, что разымает музыку как труп. Растаскивая пейзажи на талантливые, даже гениальные миниатюры, он делает из них натюрморты, natur mort - мертвую природу. Даже понимая гражданские задачи своего творчества, ответственность за слово перед читателем, «воспитательную функцию искусства», он не чувствует в себе способности сделать что-либо на этом поприще - не тот талант. А ведь поэт в России - больше, чем поэт.
Страдания Тригорина более значительны, глубоки, содержательны, чем страдания Треплева. Опытный мастер, Тригорин мучительно чувствует тяжесть таланта, не вдохновляемого большой целью. Он ощущает свой талант как чугунное ядро, к которому он привязан, подобно каторжнику, а не как «божественный дар».
Немало своего, личного связал Чехов с писательскими раздумьями Тригорина. Это особенно ясно чувствуется в тех трагических словах, которыми Тригорин отвечает на детские восторги Нины, на её преклонение перед его успехом, славой.
«Каким успехом? - искренне удивляется Тригорин. - Я никогда не нравился себе. Я не люблю себя, как писателя… Я люблю вот эту воду, деревья, небо, я чувствую природу, она возбуждает во мне страсть, непреодолимое желание писать. Но ведь я не пейзажист только, я ведь ещё гражданин, я люблю родину, народ, я чувствую, что если я писатель, то я обязан говорить о народе, об его страданиях, об его будущем, говорить о науке, о правах человека и прочее и прочее, и я говорю обо всем, тороплюсь, меня со всех сторон подгоняют, сердятся, я мечусь из стороны в сторону, как лисица, затравленная псами, вижу, что жизнь и наука все уходят вперед и вперед, а я все отстаю и отстаю, как мужик, опоздавший на поезд, и, в конце концов, чувствую, что я умею писать только пейзаж, а во всем остальном я фальшив, и фальшив до мозга костей». Тригорин ощущает свой долг перед родиной как писатель, он чувствует необходимость донести до людей высокие гражданские чувства. В русской литературе тему «поэта и гражданина» наиболее громко поднимает Н. А. Некрасов. Но потребность в ней эхом отзывалась в душе каждого творца.
Тригорину угрожает опасность утраты творческого вдохновения, страсти, пафоса, опасность, вытекающая из отсутствия общей идеи. Трудности художника предстают в образе Тригорина в гораздо более серьезном варианте, чем вариант Треплева. Треплев не мучился поисками мировоззрения, сознанием долга и ответственности писателя перед родиной, народом.
Из того обстоятельства, что Тригорину угрожает утрата творческого огня, было бы, конечно, неверно делать вывод, что Тригорин и есть холодный ремесленник, равнодушный рутинер, каким представляет его Треплев. Разве страдал бы так равнодушный рутинер от сознания слабостей и недостатков своего искусства, как страдает Тригорин?
С образом Тригорина связана и ещё одна большая тема, мучившая многих художников. Искусство настолько поглощает, съедает Тригорина, что для обычной человеческой жизни у него не остается ни воли, ни даже способности к большим и цельным чувствам. Это общая проблема художника в буржуазном обществе, в котором, как указывал Маркс, победы искусства достигаются ценою известной моральной ущербности художника. Тригорин жалуется Нине: «…я чувствую, что съедаю собственную жизнь, что для меда, который я отдаю кому-то в пространство, я обираю пыль с лучших своих цветов, рву самые цветы и топчу их корни. Разве я не сумасшедший?»
Но как бы то ни было, Тригорин тоже не заслуживает глубокой, «вечной» любви искусства. Он сам уходит от этой любви. У него, при всех его преимуществах переел Треплевым, все-таки нет большой, сильной души, способности к цельным чувствам. И его творческие возможности ограничены. Свой талант он ощущает не как свободу, а скорее как рабство, держание своей личности на привязи.
Анализ повести Василия Шукшина "Калина красная"
Деревня стала той колыбелью, с которой началась творческая жизнь Шукшина, которая дала толчок к развитию его потрясающих творческих сил. Память, размышления о жизни вели его в село, где именно здесь он научился замечать острейшие конфликты...
Гендерная картина мира (по прозе Л. Петрушевской и М. Веллера)
велллер петрушевская образ герой Произведения М.Веллера в нашей стране - явление новое и оригинальное. Сюжеты свежи, стилистика необычна, поступки и помыслы героев неожиданны и внешне алогичны, но психологически достоверны. Читая его рассказы...
Жанр элегии в творчестве Е. Баратынского
Подводя итог всем выше сказанному, можно сказать следующее. В уже существующий жанр элегии, как мы выяснили, Баратынский привнес стремление к психологическому раскрытию чувств и философичность...
Жизнь и творчество Стивена Кинга
Игорь Северянин – поэт Серебряного века
Игорь Северянин (именно так чаще всего подписывался поэт) стал основателем эгофутуризма, в добавление к просто футуризму, провозгласив культ индивидуализма, возвышающегося над безликой толпой обывателей...
Исследование творчества А.Платонова. Баршт "Поэтика прозы"
Творчество Андрея Платонова исследовано далеко не полностью. Для широкого круга читателей произведения Платонова были открыты только в 1990-е годы. Такова судьба истинного художника, ведь слава настоящего мастера посмертна...
Лирика Лорки
Данным настроением, мироощущением, как говорилось уже выше, проникнут весь сборник, и затронутые в данном стихотворении мотивы будут развиваться, а на фоне серой безликой массы появится единственно красное раненое сердце поэта...
Поэзия Аркадия Кутилова
Стихи Кутилова отличаются повышенной эмоциональностью, оценочностью даже на фоне произведений других омских поэтов, эмоциональный "градус" которых заметно выше некоторого "среднероссийского". Это проявляется, прежде всего...
Поэтический мир Ахматовой
Творчество Ахматовой принято делить всего на два периода - ранний (1910 - 1930-е гг.) и поздний (1940 - 1960-е). Непроходимой границы между ними нет, а водоразделом служит вынужденная «пауза»: после выхода в свет в 1922 г...
Самый субъективный поэт раннего символизма - К.Д. Бальмонт
Писать Бальмонт стал очень рано, 9 лет, но «начало литературной деятельности было сопряжено со множеством мучений и неудач». В течение четырех или пяти лет ни один журнал не хотел его печатать. «Первый сборник моих стихов, - говорит он...
Своеобразия западноевропейского и русского символизма в творчестве Блока и Верлена
Творчество Александра Блока - одного из наиболее ярких представителей Серебряного века - демонстрирует всю сложность религиозно-философских исканий своего времени: В своей молитве суеверной / Ищу защиты у Христа...
Секрет успеха произведений Пауло Коэльо на примере повести "Алхимик"
Уже первые книги Пауло Коэльо "Дневник мага"(1987) и "Алхимик"(1988) сделали его одним из самых известных писателей нашего времени. Потом были "Узда"(1990), "Валькирии"(1992), "На берегу Рио-Пеьдра села я и заплакала"(1996)...
Семантика текстов В.В. Маяковского в индивидуальном восприятии (на примере стихотворения "Лиличка! Вместо письма")
В искусстве XX века В. Маяковский -- явление огромного масштаба. В его творческом наследии мы находим лирику и сатиру, поэмы и пьесы, очерки и критические статьи, рекламные стихи и рисунки. Но истинное величие В...
Творческая индивидуальность А.П. Чехова
1860, 17(29) января. В Таганроге родился Антон Павлович Чехов. 1869 -1879. Учеба в гимназии. 1877. Первое посещение Москвы. 1877 - 1878. "Пьеса без названия" ("Безотцовщина") 1879. Поступил на медицинский факультет Московского университета. 1880, 9 марта...
Творческая судьба Иосифа Бродского
Приводим биографию Иосифа Александровича Бродского, представленную в американской энциклопедии. Brodsky, Joseph (1940-1996), is a poet & essayist who won the 1987 Nobel Prise for literature. He was born in Leningrad in the Soviet Union (now St. Petersburg, Russia) & came to the US in 1972. In 1991...
Сочинение
Выдающийся русский писатель Антон Павлович Чехов внес неоценимый вклад в развитие не только отечественной, но и мировой драматургии, добавил новые принципы в драму. Издавна этот вид творчества тяготеет к единству времени, места и действия, драма всегда построена па речах и поступках. Основная роль любого драматического произведения состоит в конфликте. Понимание конфликта обуславливает понимание драмы в целом. В драме герои часто характеризуют себя сами, своими поступками и словами. У каждого значимого персонажа должна быть выделена определенная основная черта. Однако в «Чайке» другой принцип, в этой пьесе нет однозначного деления на злодеев или героев, хороших или плохих.
В «Чайке», как и во всех других драматических творениях Чехова, наличествуют так называемые слова-доминанты, определяющие основные смыслы произведения. Это такие слова, как «жизнь», «любовь», «искусство». Эти слова существуют на разных уровнях. Понятие «жизнь» для Чехова - и проблема, и переживание ее ценностей. Чехов как творец и как человек особенно остро воспринимал осознание скоротечности жизни (писатель болел туберкулезом). Любовь в «Чайке», как и почти во всех драматических произведениях, являет собой один из важнейших двигателей сюжета.
Искусство (для персонажей «Чайки» это, главным образом, литература и театр) составляет громадный пласт идеалов героев, это их профессия и увлечение.
Все персонажи анализируемой пьесы объединены одним общим качеством: каждый в одиночку переживает свою судьбу, и помочь другу никто не может. Все герои в той или иной степени неудовлетворенны жизнью, сосредоточены на себе, на своих личных переживаниях и чаяниях.
Две главные героини пьесы - Аркадина и Заречная - актрисы, Тригорин и Треплев - писатели, Сорим также мечтал когда-то связать свою жизнь с литературой, но не состоялся как писатель. Шамраев хотя и не является впрямую человеком искусства, тем не менее, близок к нему, интересуется им, в особенности литературным творчеством. Дорна также можно назвать «окололитературным персонажем».
Особенностью драматического произведения является отсутствие авторских отступлений. И так как у создателя драмы нет возможности давать текстовую оценку характерам и действиям своих героев, он делает это посредством их речи и фамилий. Фамилии персонажей «Чайки» говорят очень многое.
Фамилия Аркадиной имеет несколько источников. «Аркадий» - на театральном сленге означало уменьшительное название актера. Кроме того, Аркадия - это страна идеальной мечты, куда стремится и ведет человека искусство. Аркадина и в самом деле поглощена искусством, сценой, она не мыслит существования без этой области жизни. Однако, узнавая ее все больше, мы начинаем понимать, что главное для этой женщины не само искусство, а лишь то, как «ее принимали». Фамилия ее сына также имеет несколько значений. Прежде всего, «трепать» - то есть теребить, рвать, тормошить и т. д. Второе значение - «трепаться» - говорить много и не по существу. Третье значение данного слова - «трепел» - старинное название птицы перепела. Исследователи отмечают и еще один, утраченный смысл: трепел - камень кремнистой породы, который идет на огранку, трепловать означает полировать, отшлифовывать что-либо. Фамилии Сорин и Медведенко красноречивы и не нуждается в комментариях. Первая олицетворяет ненужность, сор, - вторая - грубоватого недалекого увальня. Фамилия второй главной героини «Чайки» Заречной означает нечто недостижимое, создает ауру романтизма, мечты. Девушка, в которую давно и глубоко влюблен Треплев, всегда оставалась для него недосягаемой.
Истоки фамилии Шамраева в слове «чамра», дословный перевод которого означает морок, мрак, сумрак. Писатель Тригорин - безусловно, состоявшаяся личность. Его фамилия символизирует успех. Писатель покорил три важнейший жизненные вершины, три горы: любовь, искусство, жизнь. «Дорн» в переводе с немецкого обозначает шип, колючку.
Если задаться вопросом, что является движущей силой в пьесе, ответ будет нео-днозначным. Чехов оставался верным своему художественному принципу: нет святых и подлецов. Характеры героев не развиваются по ходу пьесы, оставаясь неизменными на протяжении даже длительного времени. Например, Нина Заречная, пережившая столько различных, преимущественно горестных событий, все же остается той же, что и в начале произведения. Однако эту неизменность нельзя назвать статичностью, это иное особое качество. Таким образом, сюжетом не движут метаморфозы в мировоззрении персонажей.
Тургенев писал о том, что «если есть противоречивые характеры, то они обяза-тельно сложат сюжет. Что касается пьесы «Чайка», то, безусловно, между героями существуют противоречия. Например, несовпадение людских привязанностей, безответная любовь: Маша любит Треплева, ее любит Медведенко, мать Маши влюб-лена в доктора Дорна, так же, как и дочь, безответно. Треплев любит Нину Заречную, Нина же питает глубокое чувство к Тригорину. Треилев страдает еще и от холодности к нему матери. Аркадина не любит сына - это постоянно подчеркивается на всем протяжении пьесы. Пересекаются любовные и творческие линии, создавая все новые и новые столкновения. Однако все эти противоречия не приводят к конфликту личностей, не вызывают антагонистическую борьбу между персонажами. Герои пьесы по большому счету - люди безвольные, ленивые, безынициативные.
И все же сюжет развивается довольно стремительно. Что же им движет? Скорее всего - сама жизнь.
Треплев, пожалуй, наиболее цельная личность среди главных персонажей пьесы. Для него искусство и Нина Заречная превыше всего. Молодой человек постоянно стремится к созданию новых форм, его жестоко ранит равнодупшое пренебрежение матери к этим попыткам. И даже когда Треплев становится издаваемым писателем ни Аркадина, ни Тригорин принципиально не читают его произведений. В этом проявляется их негативное отношение ко всему новому.
Еще одной особенностью пьесы «Чайка» является речь персонажей. Она обыденна, реплики часто подаются невпопад, диалоги прерывисты. Герои то и дело отвлекаются, часто создается впечатление случайности сказанных фраз. В пьесе присутствуют речевые доминанты. У Аркадиной - «как я играла...»; у Нины - «Я - чайка, я верую...»;уСорина- Я опасно болен...»; у Шамраева- «Лошадей я дать не могу...»; у Дорна - «Я был, я хотел быть...»; у Медведенко - трудно жить...».
Чехову удалось мастерски разработать тончайший подтекст. Слова в пьесе очень часто не привязаны к действию. Ход пьесы почти не выражается в словах и поступках. Автор подчеркивает обыденность происходящего.
Пьеса содержит три знаковых символа: озеро, чайка, мировая душа. Озеро сим-волизирует красоту среднерусского пейзажа - важный элемент чеховских пьес. Мы не видим описания городской среды. Пейзаж становится участником драматических событий. Закат, луна, озеро - все это проекции душевной жизни героев.
Чайка - этот образ-символ - проходит через каждого персонажа. Бескрылые люди рвутся взлететь, вырваться из обыденности. То, что из чайки делают чучело, страшно, омертвение чайки означает омертвение души, искусства, любви.
Чехов использует такой прием, как пьеса в пьесе. В начале драмы Треплев ставит пьесу о Мировой душе. В этом образе раскрывается сложное соотношение природного и человеческого. Треплев ищет общую идею, которая была бы способна объяснить несовершенство жизни. В каждом персонаже пьесы ощущается борьба между материальным и духовным началами.
И, наконец, еще одна особенность пьесы «Чайка». Каждый, кто ознакомился с этим произведением, невольно задается вопросом: что же в ней есть комического? Казалось бы, автор демонстрирует нам лишь трагедии, связанные с каждым героем. Комическое и трагическое в «Чайке» причудливо переплетены. Каждый персонаж на протяжении всего действия постоянно стремится к достижению некоего идеального счастья. Разумеется, каждый представляет идеал по-своему. Но героев объединяет это почти маниакальное упорство. Каждый жаждет быть счастливым, воплотить себя в искусстве, найти идеальную любовь. На каком-то этапе автор заставляет читателя и зрителя понять ту несложную истину, что попытки обрести свой идеал без юмора, без возможности взглянуть на ситуацию с комической точки зрения обречены на провал.
Выстрел ставит точку в этой жизни, которая превращается в пьесу.
Со дня выхода в свет пьесы А.П. Чехова «Чайка» прошло более ста лет, но споры вокруг этого произведения не утихают и по сей день. Текст Чехова не поддается простой интерпретации, слишком много тайн и загадок в нем заложено. Исследователи-чеховеды пытаются найти ключ, который позволил бы в полной мере прочитать этот сложный текст, наполненный недосказанностью, проводя сопоставительный анализ с другими пьесами и авторами. Так, С. М. Козлова в статье «Литературный диалог в комедии А.П. Чехова «Чайка» анализирует цитаты Мопассана, которые А.П. Чехов использует в пьесе « Первое упоминание Мопассана в выходном монологе Треплева следует после критики современного театра, где « жрецы святого искусства изображают, как люди едят, пьют, любят, ходят, носят свои пиджаки.» .
Это сопоставление С. М. Козлова использует, чтобы проанализировав контекст, понять значения реплик и доказать, что они не случайны. В данном случае- это критика театра. Л.С. Артемьева в своей статье «Гамлетовский» микросюжет в пьесе А.П. Чехова «Чайка» сравнивает пьесу У. Шекспира «Гамлет» с пьесой А.П. Чехова, ассоциируя Треплева и Тригорина с Гамлетом, а Нину Заречную - с Офелией. В. Б.Драбкина в своем этюде о магии чисел в «Чайке» ищет закономерности в пьесе и в биографии писателя и объясняет их при помощи философских категорий и сравнивает творчество А.П. Чехова с творчеством Ф.Г. Лорка.
Пьеса А. П. Чехова богата живописными многогранными образами. Одним из таких образов является образ Мировой души - роль Нины Заречной. Пожалуй, именно этот сложный образ вызывает наибольшей количестве всевозможных толкований. «...Люди, львы, орлы и куропатки, рогатые олени, гуси, пауки, молчаливые рыбы, обитавшие в воде, морские звезды и те, которых нельзя было видеть глазом,- словом, все жизни, все жизни, все жизни, свершив печальный круг, угасли... Уже тысячи веков, как земля не носит на себе ни одного живого существа, и эта бедная луна напрасно зажигает свой фонарь. На лугу уже не просыпаются с криком журавли, и майских жуков не бывает слышно в липовых рощах. Холодно, холодно, холодно. Пусто, пусто, пусто. Страшно, страшно, страшно…» . Само название - «Мировая Душа» уже говорит о глобальности, сложности этого образа.
В философии Мировая Душа - « это душевная сила, понимаемая как принцип всей жизни. Понятие мировой души идет от Платона («Тимей»: мировая душа есть двигатель мира. Она содержит в себе все телесное и его элементы. Она познает все. Суть этой идеи заключается в движении, понимаемом как надмеханическое действие, как нечто организующее» .
Из этого следует, что Мировая душа - это воспринимающее, анализирующее и организующее начало. Это понятие все объединяет и соединяет в единую картину Бытия. Поэтому чтобы проанализировать этот образ, необходимо понять, как он проявил себя в событиях, описываемых в пьесе, как он сложился в сознании Треплева и какими особенностями обладает.
Неслучайно, пьеса начинается с небольшого философско-бытового спора Маши и Медведенко о том, что важнее всего в жизни. «Маша. Дело не в деньгах. И бедняк может быть счастлив. Медведенко. Это в теории, а на практике выходит так: я, да мать, да две сестры и братишка, а жалованья всего 23 рубля. Ведь есть и пить надо? Чаю и сахару надо? Табаку надо? Вот тут и вертись» .
Естественно, что каждый считает особенно важным в жизни то, чего ему больше всего не хватает. Читая пьесу далее, мы замечаем, что персонажи рано или поздно все высказываются о том, что им в жизни дороже всего. И как оказывается, всем чего-то не достает для счастья. Для них в этом мире нет счастья, они не научились довольствоваться тем, что у них есть. Апофеозом ощущения этого несовершенства мира и неустроенности жизни является монолог Тригорина: «И так всегда, всегда, и нет мне покоя от самого себя, и я чувствую, что съедаю собственную жизнь, что для меда, который я отдаю кому-то в пространство, я обираю пыль с лучших своих цветов, рву самые цветы и топчу их корни. Разве я не сумасшедший? Разве мои близкие и знакомые держат себя со мною, как со здоровым? "Что пописываете? Чем нас подарите?" Одно и то же, одно и то же, и мне кажется, что это внимание знакомых, похвалы, восхищение, - все это обман, меня обманывают, как больного <…>» . В этих словах Тригорина изображены опасения человека, который думает, что использует свой дар писателя неправильно. К нему пришло знание о несовершенстве реального мира. Он стремится изобразить реальность достоверно, но в то же время находится в конфликте с ней, потому что видит ее иначе, нежели другие люди.
Из этой исповеди мы узнаем, что известность и деньги - это не высшие блага. Более того, иерархия благ и потребностей в пьесе как будто стирается, когда совершенно разные люди собираются вместе и говорят, кричат и спорят о том, что есть смысл жизни и что лучше всего.
Таким образом, помимо реальной картины жизни, героев пьесы складывается и другая – эфемерная, волшебная картина из их грез. Ее вводит Треплев, больше всех нетерпимый к реальности. Свою позицию он подкрепляет фразой: «Надо изображать жизнь не такою, как она есть и не такою, как должна быть, а такою, как она представляется в мечтах» .
Мечта заставила Треплева мыслить шире, задуматься не только о неустроенности своей жизни, но и о неустроенности жизни всех живущих на земле. Чтобы это осмыслить, Треплев персонализировал созидательную силу, отождествив ее с человеческой душой. Так же, скорее всего Треплев был знаком с трудами Платона. Так и появилась в пьесе появилось понятие Мировой души. В монологе Нины Заречной показаны начальный и конечный этап развития Бытия, которое как будто замкнулось в круг, завершив существование всего живого и ожидая зарождения новой жизни. «Боясь, чтобы в вас не возникла жизнь, отец вечной материи, дьявол, каждое мгновение в вас, как в камнях и в воде, производит обмен атомов, и вы меняетесь непрерывно. Во вселенной остается постоянным и неизменным один лишь дух» . Мировая душа - это женский образ, потому что женщина является создателем жизни в материальном мире.
Мировая душа - это память Земли: «Во мне сознания людей слились с инстинктами животных, и я помню все, все, и каждую жизнь в себе самой я переживаю вновь» . Эта память необходима при создании новой жизни, потому что память хранит в себе не только образы, события и процессы, но и законы, по которым строится материя. Поэтому Мировая душа помнит все.
Символично, что реплики Мировой души Треплев вложил в уста именно Нины Заречной. Мировая душа - это воплощение мечты, а для Треплева Нина - эта мечта.
Л.С. Артемьева в своей статье говорит о том, что «Образ Нины объединяет все - так и невоплощенные остальными персонажами сюжеты: и стремящегося к истинному искусству Треплева, и наивной Офелии, и убитой чайки (причем как в варианте Треплева, так и варианте Тригорина), и ее собственный (с неудачной карьерой, смертью ребенка, ощущением вины перед Треплевым)» [ 1, 231].
Складывается некая взаимосвязь: Нина Заречная- стремления и мечты персонажей- Мировая душа.
Нина - девушка с чувствительной и внимательной душой. Живя среди людей, не только слушает, но и слышит их желания, стремления, мечты людей - все, что наполняет их жизнь на земле («трагикомедия сердечных «несовпадений»[ 4, 29]- точно определил эти конфликты З.С. Паперный). Объединив в себе знания о желаниях, мечтах, потребностях и стремлениях людей, постигнув и поняв свою душу, Нина перестает быть человеком и приближается к состоянию Мировой души. Таким образом, можно сделать вывод, что монолог из пьесы Треплева становится пророческим для Нины Заречной. Когда она его произносит, она еще человек, а когда переживает драму жизни не только знакомых людей, но и свою собственную, то возвышается, поднимается над материей и становится реальным прообразом Мировой Души. В конце пьесы, ее образ совершенно растворяется в пространстве и времени, потеряв все реальные черты.
Но, если мечты и стремления всех живущих на земле исполнились, то почему тогда все исчезли?! Нет, они не исчезли. Исчезло только материальное, то, при помощи чего мечты реализовались. Оно выполнило свою функцию, и больше в нем нет нужды.
Но исчезновение материального выглядит как Смерть.
«Перед лицом игры - Смерти человек трагически одинок и несчастен, и его не утешает даже перспектива слияния с Мировой Душой. (Смерть подталкивает человека к одиночеству, она единственная провоцирует мысль, которая рождается только в одиночестве. Смерть, то есть уход из земной жизни, есть благо, есть движущая сила прогресса, единственным назначением которого является отторжение смерти)» , - отмечает В.Б. Драбкина. Да, в какой-то степени так и есть, потому что у каждой отдельной души свой путь развития и при уходе из жизни, и при появлении в каждой новой жизни человеческая душа одинока, как и Мировая душа среди безмолвных природных явлений, в которые преобразовалось бытие. Мировая душа многое помнит, но новые преобразования ее пугают своей неизвестностью. Поэтому она считает, что вечная материя от дьявола, как от чего- то совершенно чуждого, а, значит, опасного.
Образ дьявола в монологе Мировой Души назван «отцом вечной материи» и выступает как противоположность духа. Но если дьявол создатель «вечной материи», а материя, как было сказано выше, нужна для реализации стремлений и предназначений человеческих душ, то значит, что дьявол - создатель инструмента прогресса. А прогресс - это развитие, а развитие, как и любое движение вперед, считается благом. Значит, в данном случае дьявол не может быть отрицательным образом. Но стоит помнить, что наравне с прогрессом существует регресс или падение. Причиной регресса чаще всего бывают люди, которые, имея полную свободу выбора, неверно истолковывают свои возможности, которые обретают, когда их души материализуются. Падение в большинстве случаев происходит из-за ошибок по незнанию, и дьявол допускает их, вероятно желая дать воплощенным душам опыт. Из этого следует, что дьявол и тут не может быть отрицательным образом, потому что падение и разрушение –это, чаще всего, сознательный выбор отдельной души.
Без развития дух не способен существовать, потому что если нет развития, значит, нет исполнения целей и желаний. Поэтому Мировой Душе, как и малым душам, которые она объединила в себе, необходимо реализовываться в материию.
Об этой неотделимости говорит Медведенко: «Никто не имеет основания отделять дух от материи, так как, быть может, самый дух есть совокупность материальных атомов» .
В этой реализации, в соотношении материи и духа заключается главный конфликт Бытия. Духу, чтобы приблизится к материи, необходимо утратить свою индивидуальность и образовать Мировую Душу, а материя, чтобы приблизится к духу, теряет жизнь на земле, потому что способна существовать и развиваться в других формах. Именно такое состояние и отразил Треплев в своей пьесе, чтобы показать людям, что произойдет, если все их конфликты разрешатся и мечты исполнятся. Треплев показал, как выглядело бы счастье на земле, придав этому счастью облик своей возлюбленной.
Подводя итоги, стоит сказать, что этому миру есть к чему стремиться, поэтому взаимодействие духа и материи ему необходимо. Но души человечества уже объединились в едином импульсе жизни и постепенно приближаются к состоянию Мировой души, ведя постоянный диалог в поисках истины.
А. П. Чехов хотел нам сказать, что людям нужно стремиться направлять свои мысли и желания во внешний мир. Тогда эти мысли и желания, как мозаика, сложатся в единую картину Мировой души и обязательно осуществятся.
Список литературы:
1. Артемьева Л.С. «Гамлетовский» микросюжет в пьесе А.П. Чехова «Чайка»// Пушкинские чтения. – 2015. - № 20. – С. 224- 231.
2. Драбкина В. Б. Мертвая чайка на камне…Этюд о магии чисел: национальный сервер современной прозы. - UPL: http://www.proza.ru/2009/09/04/531 (дата обращения: 16. 08.2016)
3 . Козлова С. М. Литературный диалог в комедии А.П. Чехова «Чайка»// Известия Алтайского государственного университета. -2010. - № 4. – с. 51- 56.
4. Паперный З. С. «Чайка» А.П. Чехова.- М.: Художественная литература, 1980.- 160с.
Время действия в пьесе «Чайка» - 90-е годы прошлого столетия. Место действия - помещичья усадьба в средней полосе России. Среда -- разного происхождения русские интеллигенты (из мелкопоместных дворян, мещан и прочих разночинцев) с преобладанием лиц художественных профессий (два писателя и две актрисы).
Константин Гаврилович Треплев - герой комедии А.П.Чехова «Чайка». В его образе Чехов раскрывает мироощущение человека «рубежного» времени, ведущей идеей которого становится идея «духовного избранничества». Эта идея волнует воображение начинающего драматурга, определяет его характер чувствований, «окраску переживаний» (А. Белый).
Слова Треплева о «жрецах святого искусства» выдают жгучее желание героя стать одним из них: «У меня в мозгу точно гвоздь, будь он проклят вместе с моим самолюбием, которое сосет мою кровь, сосет, как змея…» Стремление вырваться из плена социальной реальности рождает эстетический протест против современных форм искусства и жизни.
«Странная» пьеса Треплева -- его первое лирическое самовысказывание, его личная «попытка полета». Реальный усадебный пейзаж («вид на озеро; луна над горизонтом, отражение ее в воде»; женщина, «вся в белом», сидящая на камне) -- этот пейзаж, заключенный в «зеркало сцены», становится идеальной эстетической оболочкой Мировой Души. Треплев создает «метафизику красоты», трагичную по существу. В отказе автора от изображения жизни «как она есть» слышен отзвук шопенгауэровского «отказа от материи» Шалимова Н.А. Энциклопедия литературных героев. - М.: Аграф, 1997.. Троекратное эхо «Холодно, холодно, холодно. Пусто, пусто, пусто. Страшно, страшно, страшно» выражает состояние бесконечного духовного одиночества автора. А слова о «пленнике, брошенном в глубокий колодец» -- надежду быть услышанным и понятым.
Провал спектакля означает для Треплева не столько отвержение «новых форм», сколько «неуспех личности», осмеяние «претензии» на духовное избранничество. Экзистенциальная тревога, связанная с проблемой самоидентификации («Я -- ничто… Кто я? Что я?») и боязнью «опоздать» («Мне уже двадцать пять лет») Козицкая Е.А. Цитата, «чужое» слово, интертекст: материалы к библиографии. - Тверь, 1998., развивает в Треплеве «гамлетовский комплекс» (В.В. Набоков). Отсюда стремление Треплева «символизировать» жизнь, превратить ее грубую материю в одухотворенный образ-символ: «Я имел подлость убить сегодня эту чайку. Кладу ее у ваших ног».
Отказ Нины понимать эту символическую акцию страшен, невероятен для Треплева: «Будто это озеро вдруг высохло или утекло в землю». Нина Заречная -- душа творчества Треплева. Теряя ее, он утрачивает способность творить: «Она меня не любит, я уже не могу писать… Пропали мои надежды». На протяжении всей пьесы Треплев стремится вырваться за пределы своего одиночества: ставит спектакль, пытается покончить с собой, затевает глупую дуэль с Тригориным, хочет вернуть любовь матери, Аркадиной. Но все его попытки кончаются провалом, неудачей, нелепостью, скандалом.
Спустя два года, прошедших между третьим и четвертым действием пьесы, Треплев уже «настоящий писатель»: он печатается в журналах, его ругают в газетах, почитатели интересуются его внешностью и возрастом. Он стал спокойнее в проявлениях, и можно только догадываться, какие чувства им владеют, когда он рассказывает о жизни Нины, видит чучело чайки, слышит тригоринское «не помню».
Приход Нины взрывает наружное спокойствие Треплева и обнажает его внутреннее отчаяние, потерю чувства жизни, неверие в себя и свое призвание. Когда Нина -- Мировая Душа - окончательно покидает его, он остается наедине с «хаосом грез и образов».
Самоубийственный выстрел Треплева в финале пьесы -- не бессилие отчаяния, а сознательный выбор. «Лопнула склянка с эфиром»: дух освободился от стесняющей его «материи жизни». Трагизм «странной» пьесы Треплева отозвался трагической иронией в финале комедии Чехова, превращая конфликт героя из жизненно-психологического в экзистенциально-философский.
В образе Треплева Чехов предугадал многие черты человека новейшего времени, которые с достаточной ясностью и полнотой проявились позднее -- в мироощущении, в творческих судьбах художников «серебряного века»: В.Ф. Комиссаржевской, В.Э. Мейерхольда, В. Князева, в особенности А. Белого. Характерные черты этого мироощущения, воссозданные в образе Треплева: «незавершенный» внутренний мир, отсутствие опоры; метания между «я» жизненно-психологическим и «я» художественно-эстетическим (В.Ф. Ходасевич); «изъян излишнего одухотворения» (Б.Л. Пастернак).
Чехов открыл нам трагедию своих героев, показав их фатальную зависимость. Пространственные и временные измерения не должны довлеть над человеком, жизнь не должна измеряться часами и годами, место не должно быть гарантом счастья; человек должен просто не допустить внутренней опустошенности и духовного безвременья.
Нетрудно установить, что почти все персонажи этой пьесы -- люди по преимуществу несчастные, глубоко неудовлетворенные жизнью, своим трудом и творчеством. Почти все они страдают от одиночества, от пошлости окружающей их жизни или неразделенной любви. Почти все они страстно мечтают о большой любви или о радости творчества. Почти все они стремятся к счастью и борются за него. Почти все они хотят вырваться из плена бессмысленной жизни, оторваться от земли и взлететь, подобно чайке... Но это не удается им. Овладев ничтожной крупицей счастья, они дрожат над ней, как Аркадина, боятся упустить, отчаянно борются за эту крупицу и тут же теряют ее. Одной только Нине Заречной ценой нечеловеческих страданий удается испытать счастье творческого полета и, поверив в свое призвание, найти смысл своего существования на земле.
Есть нечто символическое в финале пьесы: убегает Нина, уходит навсегда Треплев. Они оставляют сцену, как поле сражения. Остаются на сцене Аркадина и Тригорин. Внешне они оказались победителями, у них есть свое, во всех смыслах забронированное место на сцене жизни, театра, литературы.
«У Чехова все персонажи живут сразу в двух временных измерениях. Они проживают не только свои нормальные человеческие жизни, но и подчиняются времени природному» Карасев Л. В. Вещество литературы. - М., 2001.. Подобной двойственной жизнью живут семь героев «Чайки», разрываясь между реальным своим положением и желаемым, чаемым.
Тригорин очень точно воплотит в реальность собственный «сюжет для небольшого рассказа»: случайно пришел человек, увидел на берегу озера девушку и от нечего делать погубил. «Человеком» в данном сюжете окажется сам же Тригорин. Умудренный житейским и писательским опытом, он заранее предположил дальнейший ход событий и, по сути, предупредил Нину об опасности сближения с ним. Но ведь и Треплев, невольно подтолкнувший Нину к Тригорину, тоже часть этого же самого «человека»: «Я имел подлость убить сегодня эту чайку. Кладу у ваших ног». Когда же Тригорину напомнят о подстреленной чайке, тот ответит: «Не помню».
Вот он, печальный финал «небольшого рассказа», точнее, новеллы о Нине Заречной. «Не помню» Тригорина и повторение Ниной обрывков монолога Мировой души, в тексте которого она обнаруживает теперь и личный смысл, -- все это органично входит в память самого «сюжета для небольшого рассказа» и делает судьбу героини поистине драматичной.
«Тригорин силен своей слабостью, внешней ординарностью, кажущейся простотой. Треплев же, напротив, слаб демонстрацией некой силы, своим назойливым ряжением в разрушителя канонов, новатора» Гульченко В.В. Сколько чаек в чеховской «Чайке»?// Нева. 2009 - №12.. Конечно, он молод - а энергия молодости, как правило, не лишена агрессии, не избавлена от разрушительных токов. Тригорин старше и мудрее, Треплев моложе и простодушнее. Тригорин по-настоящему интеллигентен и потому с большим тактом реагирует на поведение Треплева и уж тем более не стремится сделаться его оппонентом.
Старик Сорин искренне завидует им обоим: он-то точно знает, что жизнь свою прожил зря.
Более других Треплев любит себя. В отношениях же его с Ниною мало настоящего -- не больше, пожалуй, чем в сочиненной им пьесе, жанр которой точно определит его ревнивая к чужим успехам и чужому счастью мать: «декадентский бред». Мать тоже эгоистична, как и все актрисы, но все же у нее достает воли прощать Тригорину очевидные его грехи, достает силы и решительно сражаться за него с не меньшей энергией, чем у Полины Андреевны, самоотверженно хлопочущей вокруг Дорна.
Конфликт между талантом творить и талантом жить -- вот где следует искать корни сюжета чеховской пьесы.
Прямые отсылки к Шекспиру перед началом треплевского спектакля причудливым эхом достигают финала пьесы «Чайка». Трагедия проникает в ее сюжет незаметно, как лучи заходящего солнца. Только что был день -- и вот уже надвигается ночь. Только что было то, что было, но вот в нем уже проступают очертания того, что будет. Это и есть чеховское «есть», чеховское «сейчас» Гульченко В.В. Сколько чаек в чеховской «Чайке»?// Нева. 2009 - №12..
Треплев, как традиционный для всей чеховской драматургии герой, не выдерживает испытания этим «сейчас». Он запутывается между собственными прошлым и настоящим. И, осознав это, декадент Треплев решается на свой последний декадентский поступок -- стреляется. А перед этим он эстетизирует, театрализует свой уход, вдохновенно музицируя на рояле. И обрывается не просто жизнь -- обрывается мелодия жизни.
В чеховской пьесе существуют как бы два Треплева -- Треплев начала и развития действия и Треплев его финала.
Зададимся вопросом: всецело ли вытекает другой Треплев из первого, или все же остается некая нестыковка двух состояний одного человека?
Думается, что эта нестыковка имеет место быть. И как раз в душевном сломе героя, произошедшем во внесценическое время, в невидимые для нас и в неведомые нам месяцы, дни и часы, таится отгадка последующего поведения Треплева. Но при всем при том он вовсе не вставал специально на путь, ведущий к самоубийству. Оно оказалось неожиданным и для него самого. Скажем так: самоубийство случилось потому, что оно -- случилось. В другом Треплеве на миг будто бы пробудился тот первый, тот предыдущий человек: Треплев-декадент снова взбрыкнул, снова «пошалил» в нем. И Костя в тот момент был не столько в состоянии аффекта, сколько в состоянии «эффекта», то есть в декадентском состоянии, в позе, которая на трезвую будничную голову может быть объяснена предельно резко: «делать нечего» или «с жиру бесится» Гульченко В.В. Сколько чаек в чеховской «Чайке»?// Нева. 2009 - №12..
Если история повторяется дважды, существуя вначале в виде трагедии, а потом оборачиваясь фарсом, то у Чехова сюжетное движение осуществляется ровно наоборот -- от фарса к трагедии. С наибольшей очевидностью это происходит с тем же монологом Мировой души, сначала доверенным Треплевым Нине, а впоследствии уже присвоенным ею. В четвертом акте Нина, вновь признавшись Треплеву в неостывшей любви к Тригорину, преграждает тем самым ему путь к дальнейшей жизни: монологом он ее «породил», монологом же она его и «убила». Треплеву только и остается: не демонстративно порвать свои рукописи на сцене, а, незаметно покинув ее, застрелиться там -- за кулисами продолжающейся как ни в чем не бывало жизни.
И нельзя не посочувствовать ему и не произнести должных слов в оправдание Треплева; как не пожалеть от всей души этого первого героя первой (из главных) чеховской пьесы, остающейся новаторской и по сей день.
На протяжении всего четвертого акта Треплев еще есть, но его уже нет-- как уже давно нет подстреленной им чайки. Засценная смерть Треплева жалка, нелепа и смешна, трагедийный ее комизм очевиден. Не случайно автор пьесы не дает возможности своим персонажам осознать и пережить ее. На первом плане персонажи смеются, играют в лото, а в это время где-то там, за сценою, кто-то стреляется. Тут не просто две жанровые линии пьесы не пересекаются, тут два смысла жизни не соотносятся.
К самоубийству Треплева причастны многие, кто отказал ему в праве быть первым. Эти многие в конце концов и попали в уготованную им «запендю». Пережив трагедию разлуки с Тригориным и все же продолжая отчаянно любить его, Нина обрекла себя на неизбывные внутренние страдания. Тригорин, потеряв Нину и, кажется, Аркадину, вошел в зону непреодолимого одиночества и разочарования в себе: словами «Не помню!» он буквально перечеркнул собственное прошлое. Маша, некогда влюбленная в Костю, но вышедшая замуж за Медведенко и родившая ему ребенка, тоже предельно ограничила себя в дальнейшем нормальном существовании, по сути, совершив духовное самоубийство. Вернувшийся из Италии отдохнувший и посвежевший Дорн не может обрести себя вновь в прежней среде («Сколько у вас перемен, однако!»), и единственный для него выход -- покинуть эту среду, вычеркнуть себя из нее, исчезнуть. Этот «треугольник» (Полина Андреевна-Шамраев-Дорн), по-своему спародировавший два других «треугольника» (Нина-Треплев-Тригорин и Аркадина-Нина-Тригорин), развалится вслед за ними. О Сорине и говорить долго не приходится: буквально на наших глазах «человек, который хотел», перестает хотеть, то есть жить, он вот-вот умрет на глазах у окружающих: «Петруша, ты спишь?» -- этот вопрос в любую следующую минуту будет уже не к кому обратить. И, наконец, Аркадина, мать, любовница и актриса, сама себя загнавшая в «мышеловку» -- ту же «запендю»: она явно заигралась в этой жизни, теряя сына, а еще и брата, и любовника, и профессию, она с ужасом осознает, что вконец растратила, опустошила себя…
В основе символа лежит аллегория, но символ – это не однозначная аллегория. И именно таким есть главный символ пьесы – образ чайки. Этот образ связан и с тенью Треплева, который предрекает, что убьет себя, как эту чайку, и с судьбой Нины, и Тригориным, который увидел в чайке сюжет для рассказа о судьбе девушки, и образ чайки превращается в многозначный символ чего-то без толку и бездушно забытого. Этот символ становится доминирующим для оценки всей жизни, обрисованной в пьесе. Символический характер приобретает и озеро – своеобразное действующее
лицо в пьесе Треплева да и самого Чехова: “О, колдовское озеро!” и театральная эстрада, построенная для спектакля Треплева. На ней читается монолог о мировой душе, здесь звучали слова о любви, а потом отсюда слышит Медведенко чей-то плач. Это плакала Нина за утраченными надеждами.
Таким образом, (символ жизни) закончен, и финал ее печален. Диалоги происходят на высоком этапе эмоционального напряжения. В заключительной сцене разговора Треплева с Ниной несколько раз говорит о конях: “Кони мои стоят близ калитки”; “Кони мои близко”. И хотя мы понимаем, что речь идет о бытовых деталях (не надо провожать Нину), образ коней приобретает другое содержание: кони – это символ дороги, непройденного пути. “Чайка” не дает ответа, который ждет в конце пути, так как в самой пьесе учитывается жизнь как процесс, который не имеет конца в пьесе. Он где-то за ее пределами.
Интересным символом становится умышленная литературность пьесы, которая оказывается, в частности, в диалогах, построенных на многочисленных реминисценциях, например в творении Шекспира. Так Аркадий неоднократно читает сыновни монологи королевы из Гамлета, а он ей отвечает будто ради шутки репликами Гамлета. Речь Нины, стихотворная, отрывистая будто иллюстрирует забывчивость не столько ее самой, сколько их героев. Это символ таких самых напряженных поисков смысла жизни, как для героини, которую именно надо вспомнить в сцене последнего разговора с Треплевым.
Из путаных отрывистых предложений вытекает один символ – креста и обязанности, который должных нести каждый. Но Нина и на этом не останавливается. Она в поиске, как и все герои пьесы “Чайка”, – символа надежды, воли, полета.
Иногда становится страшно, когда задумываешься над жизнью, ее течением и построением. Анализируя день, который завершается, неожиданно доходишь до вывода, что жизнь пуста. В самом деле, что ты сделал за эти неповторимые часы своего существования. Проснулся, навел утренний марафет, позавтракал, пообедал, поужинал, сколько-то времени прихорашивался перед зеркалом, сколько-то болтал со знакомыми, что-то там делал. Ничего не открыл, ничего не изобрел. День прошел в мелочах, таких самых как вчера, и таких самых, которые будут завтра. Человек прикован до мелочей.
Именно этот трагичный аспект жизни и становится для Чехова, так сказать, главным персонажем его рассказов.
Раскроем наугад его сборник. Вот “Дама с собачкой”, “Прозаичный” случай двойной супружеской измены, где интимные отношения находятся рядом с поеданием арбуза, пока женщина поплачет от непривычки. А потом длинная и обычная связь с обычными уже и даже ритуальными поисками на словах выхода из ситуации, которая сложилась. Господи, это Тристан и Изольда?!
“Девятилетний мальчик Ванька Жуков, отданный на обучение к сапожнику Алякину в ночь перед Рождеством не ложился спать”. Мальчик пишет письма к своему дедушке в Село, а в том письме снова перечень ряда мелочей, которые пожирают человеческую жизнь и надежды на лучшее будущее. Самое страшное то, что наставники Ваньки в свое время испытали такую же науку и, казалось бы, должны были дойти до определенных выводов, упомянуть свои боли…
Хотя! Со дня на день повторяется страшная, мелочность Беликова. Почему он стал “человеком в футляре”? Что исказило его личность? Ведь не родился он таким, а становился на протяжении многих лет. Не усматриваю причин упадка этого человека в боязни перед государством. Часто мне кажется, что это была попытка бегства от опостылевшей жизни, что приманивала обещаниями радости, а потом превращала все в цепь банальностей и вранья. А в древнегреческой литературе были герои, которые восставали против самой судьбы, которой подчинялись бессмертные боги.
И Беликов умер, и на лице у него было выражение радости. Теперь он, в конце концов, был свободен от повседневности, дьяка Бог, в конце концов свободен…
В самом деле, вся жизнь каждого человека на девяносто девять процентов складывается из тех мелочей. Из повседневных и обычных действий. Это может быть источником трагедии может быть ручательством счастья. Разрешите мне объяснить эту мысль старинной притчей.
“Путешественник встретил на пути мужчину, который с проклятиями толкал, упершись, свою тачку, наполненную каменьями.
– Разве ты не видишь? Я вожу эти треклятые каменья – несчастье моей жизни.
– Что ты делаешь, добрый человек?
– Разве ты не видишь? Мне сказочно повезло: я строю Кельнский собор, величественнее которого не будет ни в одной стране”.
Чеховские персонажи не знали, зачем и куда они тянут свой груз – и каждый день становился расточением жизни и сил. Знаем ли мы, куда мы тянем свою тележку?
